Откуда мы знаем о бабушке и дедушке Иисуса Христа?

Апостол Фома
Источник: Paul Troger «Joachim und Anna»

28 октября отмечается Международный день бабушек и дедушек. По этому поводу мы задались вопросом: можно ли сказать что-то ясно о бабушке и дедушке Иисуса Христа по плоти? Откуда мы знаем их имена, если Евангелия об этом молчат? В поисках ответа мы обратились к книге митрополита Волоколамкого Илариона «Тайна Богоматери», которая сейчас готовится к печати в Издательском доме «Познание». Предлагаем вашему вниманию отрывок из этой книги. 

Как мы помним, в канонических Евангелиях о Марии говорится почти исключительно в связи с рождением от Нее Иисуса. Мы ничего не узнаем из них ни о Ее родителях, ни о Ее детстве. Эти пробелы призван восполнить текст, появившийся предположительно за пределами Палестины не ранее 160 года и не позднее начала III века. Этот текст широко известен под названием «Протоевангелие Иакова». Возможно, он отражает предания, бытовавшие в раннехристианской Церкви в устной форме. Памятник известен во многих рукописях с существенным количеством разночтений. Самая ранняя рукопись датируется III или IV веком[1].

В большинстве изданий текст делится на 25 глав, из которых первые девять практически не пересекаются с каноническими Евангелиями. Последующие главы пересекаются с сюжетами, изложенными у Матфея и Луки, но в некоторых местах существенно от отступают от евангельского текста.

Именно в протоевангелии впервые упоминаются имена родителей Пресвятой Богородицы, то есть бабушки и дедушки Иисуса Христа, именуемых в церковной традиции «богоотцами». Памятник начинается с рассказа о том, что «некто Иоаким, очень богатый человек», в день Господень решил принести дары Богу. Но некий Рувим выступил против него, сказав: «Нельзя тебе приносить дары первому, ибо ты не создал потомства Израилю». Иоаким огорчился, стал изучать родословные двенадцати колен Израилевых и выяснил, что все праведники имели потомство.

«И столь горько стало Иоакиму, и не пошел он к жене своей, а ушел в пустыню, поставил там свою палатку и постился сорок дней и сорок ночей, говоря: не войду ни для еды, ни для питья, пока не снизойдет ко мне Господь, и будет мне едой и питьем молитва»[2].

В следующей сцене жена Иоакима Анна рыдает и говорит: «оплачу мое вдовство, оплачу мою бездетность». Ее пытается утешить служанка, но Анна спорит с ней, и тогда служанка говорит: «Зачем я буду тебя уговаривать? Господь закрыл твое лоно, чтобы у тебя не было потомства в Израиле». Спор происходит в «великий день Господень». Анна выходит на прогулку и начинает молиться Господу. Во время молитвы ей является ангел Господень и говорит: «Анна, Анна, Господь внял молитве твоей, ты зачнешь и родишь, и о потомстве твоем будут говорить во всем мире». Анна отвечает: «Жив Господь Бог мой! Если я рожу дитя мужского или женского пола, отдам его в дар Господу моему, и оно будет служить Ему всю свою жизнь». В этот момент приходят два вестника и говорят ей: «муж твой, Иоаким, идет со своими стадами, ибо ангел явился к нему и возвестил: “Иоаким, Иоаким, Бог внял молитве твоей. Иди отсюда, ибо жена твоя Анна зачнет во чреве своем”». Иоаким отбирает из своего стада десять чистых агниц для принесения в жертву Господу, двенадцать телят для жрецов и старейшин, сто козлят для народа. Когда он возвращается, Анна бежит ему навстречу, обнимает его и говорит: «Знаю теперь, что Господь благословил меня: будучи вдовою, я теперь не вдова, будучи бесплодною, я теперь зачну!» Наутро Иаков приносит Господу дары и узнает, что его грехи прощены[3].

Рассказ написан под влиянием библейского повествования о рождении Самуила. 1-я Книга Царств начинается с рассказа о Елкане, у которого было две жены, одна из них — Анна — неплодная. В положенные дни Елкана приносил жертву Господу и всем членам семьи давал часть от жертвы, «Анне же давал часть особую… ибо любил Анну… хотя Господь заключил чрево ее. Соперница ее сильно огорчала ее, побуждая ее к ропоту на то, что Господь заключил чрево ее. Так бывало каждый год, когда ходила она в дом Господень; та огорчала ее, а эта плакала [и сетовала] и не ела». Однажды Анна пришла к храму Господню и в скорби молилась: «Господи [Всемогущий Боже] Саваоф! если Ты призришь на скорбь рабы Твоей и вспомнишь обо мне, и не забудешь рабы Твоей и дашь рабе Твоей дитя мужеского пола, то я отдам его Господу [в дар] на все дни жизни его, [и вина и сикера не будет он пить,] и бритва не коснется головы его». Поскольку она молилась в сердце и лишь шевелила губами, а голоса ее не было слышно, то священник Илий счел ее пьяной. Но она объяснила ему причину своего горя, и тогда Илий сказал: «иди с миром, и Бог Израилев исполнит прошение твое, чего ты просила у Него». После этого «познал Елкана Анну, жену свою, и вспомнил о ней Господь. Чрез несколько времени зачала Анна и родила сына и дала ему имя: Самуил, ибо, [говорила она], от Господа [Бога Саваофа] я испросила его» (1 Цар. 1:1–20).

Параллелизм двух историй очевиден, в том числе в выборе имени для матери Девы Марии. Это параллелизм сохраняется и в дальнейшем повествовании: 

Между тем прошли положенные ей месяцы, и Анна в девятый месяц родила и спросила повивальную бабку: „кого я родила?“ Ответила та: „дочь“. И сказала Анна: „возвысилась душа моя в этот день“, и положила дочь. По прошествии дней Анна поправилась, и дала грудь ребенку, и назвала ее Мария[4].

 

Далее повествуется, как Анна учила младенца Марию ходить, как кормила Ее грудью, и как Иоаким устроил пир в своем доме в годовщину рождения Дочери: 

Исполнился ребенку первой год, и Иоаким сделал большой пир, созвал священников, книжников и старейшин и весь народ Израильский. И поднес Иоаким Дочь свою священникам, и они благословили ее… Потом поднес ее к архиереям, и они благословили ее… И взяла ее мать Ее в святое место спальни ее и дала ей грудь. И составила Анна песнь Господу Богу, говоря: «Воспою песнь Господу Богу, ибо Он призрел на меня и снял с меня поношение врагов моих, и даровал мне Господь плод правды своей, единственный, многоценный пред Ним. Кто возвестит сынам Рувима, что Анна кормит грудью? Слышите, слышите двенадцать колен Израилевых, что Анна кормит грудью“. И успокоила дитя в освященной спальне ее, и вышла и служила гостям[5]

*** 

Так благодаря древнему церковному преданию до нас дошли драгоценные имена родителей Пресвятой Девы — бабушки и дедушки Иисуса Христа по Матери.

А знаем ли мы что-либо о родителях Иосифа, бабушке и дедушке Христа по названому отцу? Об этом — в нашем следующем материале.

 

[1] По одному из предположений, автору апокрифа была известна «Первая апология» Иустина Философа.

[2] Протоевангелие Иакова 1 (Evangelia apocrypha. S. 1–4). Рус. пер.: С. 15–16.

[3] Протоевангелие Иакова 2–5 (Evangelia apocrypha. S. 4–10). Рус. пер.: С. 16–18.

[4] Протоевангелие Иакова 5 (Evangelia apocrypha. S. 10–11). Рус. пер.: С. 18–19.

[5] Протоевангелие Иакова 6 (Evangelia apocrypha. S. 11–13). Рус. пер.: С. 19–20.