Седмица 34-я по Пятидесятнице

И говорил им в учении Своем: остерегайтесь книжников, любящих ходить в длинных одеждах и принимать приветствия в народных собраниях, сидеть впереди в синагогах и возлежать на первом месте на пиршествах, - сии, поядающие домы вдов и напоказ долго молящиеся, примут тягчайшее осуждение. И сел Иисус против сокровищницы и смотрел, как народ кладет деньги в сокровищницу. Многие богатые клали много. Придя же, одна бедная вдова положила две лепты, что составляет кодрант. Подозвав учеников Своих, Иисус сказал им: истинно говорю вам, что эта бедная вдова положила больше всех, клавших в сокровищницу, ибо все клали от избытка своего, а она от скудости своей положила всё, что имела, всё пропитание свое.

Мк. 12: 38–44

Сегодняшнее евангельское чтение начинается с обличительного поучения о книжниках. Иисус обличал книжников, прежде всего, за их гордыню, проявляющуюся в том, что они любят носить длинную одежду, принимать приветствия в народных собраниях, сидеть впереди в синагогах и возлежать на почетных местах на пиршествах.

Затем Иисус прерывает Свое поучение, чтобы сесть и понаблюдать за людьми напротив храмовой сокровищницы. Ученики стоят рядом и наблюдают за происходящим вместе с Ним. Разворачивается обычная для храма сцена: вереница людей тянется к сокровищнице, каждый кладет туда деньги. Скромная вдова своим поведением резко контрастирует с теми, кого Иисус обличал. Однако в центре внимания оказывается не ее скромность, а внесенное ею пожертвование. Именно на него Иисус обратил внимание Своих учеников.

Лепта представляла собой самую мелкую из имевших хождение мелких или бронзовых монет. Кодрант составлял четверть асса (ассария); 64 асса составляли один динарий. Таким образом, вдова принесла в храм 1/64 часть того, что поденный рабочий мог получить за один день труда. Для благосостояния храма эта сумма ровным счетом ничего не значила. Но для самой жертвовательницы это была немалая сумма, так как вдовы, наряду с сиротами, относились к самым малообеспеченным категориям людей в древнем Израиле.

Святитель Иоанн Златоуст видит в образе евангельской вдовы указание на то, что благотворительность и щедрость совсем не обязательно должны проистекать из богатства. При недостатке средств одного только доброго намерения может оказаться достаточно для обретения Царства Небесного.

Узнать больше вы можете в книге митрополита Илариона «Иисус Христос. Жизнь и учение», размещенной в свободном доступе на нашем портале, а также в книгах серии «Читайте Евангелие».

Кроме того, Евангелие дня с митрополитом Иларионом доступно в специально созданном Телеграм-канале.

Преподобный Ахила диакон, возлюбив от младенчества постническую жизнь и отвергшись мира, пришёл в Печерский монастырь, чтобы угодить Господу. Приняв на себя ангельский образ, он проходил тесный путь иночества с терпением, послушанием и смирением. Воздержанием своим в пище и питии он превосходил многих подвижников, ибо не вкушал ни сладкой, ни варёной пищи. Зелие (овощи) святой употреблял весьма редко, и то в малом количестве. Обыкновенно его пищей была одна просфора в неделю. «Многое показал еси пощение, о Ахило: едва единою в седмицы и се едину малу просфору снедаше», сказано в кондаке преподобному. За такую постническую жизнь Господь Иисус Христос сподобил его вечного блаженства со святыми. К заступничеству святого Ахилы прибегают желающие избавиться от «порабощения чревных страстей».

В конце XVI века на Руси возник апокриф «Повесть об Андрее Критском». У этой повести лишь одна связь с житием святителя Андрея (660–740) – факт создания им Великого покаянного канона. Авторы «Повести» исходили из предположения, что канон – это покаянное признание святителя, облечённое в гимнографическую форму, и что он действительно совершил все те ужасные преступления (убийство отца, прелюбодеяние и прочее), в которых потом так проникновенно раскаялся. Эти предположения «Повести» являются домыслами, не имеющими ничего общего с жизнью святителя Андрея. Хотя у него действительно был повод для создания покаянного канона. По свидетельству святого Феофана Исповедника, на Соборе 712 года, созванном императором Филиппиком для возобновления монофелитства, святитель Андрей был в числе подписавших анафему VI Вселенскому Собору. Впоследствии святой раскаялся в том, что подписал еретическое определение. Именно с этим фактом церковное предание связывает составление его знаменитого Великого канона.