Неделя 23-я по Пятидесятнице

Некоторый человек был богат, одевался в порфиру и виссон и каждый день пиршествовал блистательно. Был также некоторый нищий, именем Лазарь, который лежал у ворот его в струпьях и желал напитаться крошками, падающими со стола богача, и псы, приходя, лизали струпья его. Умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово. Умер и богач, и похоронили его. И в аде, будучи в муках, он поднял глаза свои, увидел вдали Авраама и Лазаря на лоне его и, возопив, сказал: отче Аврааме! умилосердись надо мною и пошли Лазаря, чтобы омочил конец перста своего в воде и прохладил язык мой, ибо я мучаюсь в пламени сем. Но Авраам сказал: чадо! вспомни, что ты получил уже доброе твое в жизни твоей, а Лазарь - злое; ныне же он здесь утешается, а ты страдаешь; и сверх всего того между нами и вами утверждена великая пропасть, так что хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят. Тогда сказал он: так прошу тебя, отче, пошли его в дом отца моего, ибо у меня пять братьев; пусть он засвидетельствует им, чтобы и они не пришли в это место мучения. Авраам сказал ему: у них есть Моисей и пророки; пусть слушают их. Он же сказал: нет, отче Аврааме, но если кто из мертвых придет к ним, покаются. Тогда Авраам сказал ему: если Моисея и пророков не слушают, то если бы кто и из мертвых воскрес, не поверят.

Лк. 16: 19-31

В притче о богаче и Лазаре, которая читается сегодня, один из ее героев назван по имени. Обычно все герои притч остаются безымянными: человек, некий человек, богатый человек, хозяин, господин, управитель, раб, младший сын, старший сын, виноградари, девы, работники, сеятель, женщина. В данном же случае нищий назван по имени, тогда как богач остается безымянным до конца притчи. Этим подчеркивается контраст между двумя персонажами и между их посмертной судьбой: вряд ли при жизни многие знали имя нищего, тогда как имя богача, несомненно, было у всех на слуху. В вечности дело обстоит прямо противоположным образом.

Жизнь богачей и нищих часто представляет собой две не соприкасающихся одна с другой реальности: каждый живет в своем мире. Однако в данном случае с самого начала притча указывает на незримую взаимосвязь между богачом и Лазарем. Богач ее никак не ощущал; для Лазаря же она выражалась лишь в том, что он лежал у ворот дома богача. Взаимосвязь между двумя судьбами выявляется только после их смерти, когда богач видит Лазаря на лоне Авраамовом и узнает его. Смерть обоих персонажей является переломным моментом в их судьбах. Первое действие драмы завершается похоронами богача. Можно только догадываться, что это были торжественные и пышные похороны.

Второе действие начинается в аду, где богач и Лазарь меняются ролями. Теперь Лазарь возлежит на «лоне Авраамовом». Безвестный нищий оказывается, согласно притче, в непосредственной близости к Аврааму — отцу Израильского народа. Вместе с Авраамом он возлежит на пиру, подобно тому, как богач при жизни возлежал на пирах ежедневно. Богач же оказывается «в муках» и «в пламени». Подобно тому, как нищий некогда мечтал о крохах со стола богача, богач теперь молит Авраама послать к нему Лазаря, чтобы облегчить его страдания. Но Авраам озвучивает приговор, не подлежащий обжалованию: богач уже получил все блага при жизни; ему больше не на что надеяться. И добавляет слова о непреодолимой пропасти между теми, кто находится на его лоне, и находящимися в аду.

Третий акт драмы происходит там же, в загробном мире, но имеет отношение к реальности земного бытия. Речь теперь идет не о богаче и не о Лазаре, а о братьях богача, оставшихся на земле и не подозревающих, чтó ожидает их за порогом смерти.

В финале драмы на сцену выходит Тот, Кому предстоит воскреснуть из мертвых. В словах, которыми завершается притча, — «если бы кто из мертвых воскрес, не поверят», — Иисус указывает на Самого Себя. Вновь, как и в некоторых других притчах, мы видим Иисуса в эпицентре событий. Он не наблюдает за ними со стороны, Он вмешивается в судьбу людей, Своей смертью и воскресением свидетельствуя о том же, о чем говорил в притчах — о вечной жизни, подготовкой к которой должна стать земная жизнь.

Узнать больше вы можете в книге митрополита Илариона «Иисус Христос. Жизнь и учение», размещенной в свободном доступе на нашем портале, а также в книгах серии «Читайте Евангелие».

Кроме того, Евангелие дня с митрополитом Иларионом доступно в специально созданном Телеграм-канале.

Также слушайте фрагмент из Священного Писания в рамках ультрамарафона «Библия за год. С митрополитом Иларионом».

Празднование Казанской иконе Божией Матери было установлено в благодарность за избавление Москвы от поляков в 1612 году. В Смутное время русская земля подверглась нападению польских войск, глумившихся над православной верой. По призыву святителя Ермогена, Патриарха Московского, русский народ встал на защиту веры и Церкви. В ополчение, возглавляемое князем Димитрием Пожарским, прислали из Казани чудотворный образ Пресвятой Богородицы. Когда ополчение подошло к Москве, архиепископу Элассонскому Арсению, находившемуся в плену у поляков в осаждённом Кремле, было видение преподобного Сергия Радонежского, который сказал: «Арсений, наши молитвы услышаны, предстательством Богородицы суд Божий об Отечестве преложен на милость, завтра Москва будет в руках осаждающих и Россия спасена».

Уже в апостольский век у христианской Церкви начал формироваться собственный богослужебный календарь, постепенно заменявший иудейский. В его основу легло празднование Пасхи и «малой Пасхи» – воскресного дня, заменившего субботу. Первые указания на особый статус воскресенья есть в апостольском корпусе. Так, в Первом Послании к Коринфянам апостол Павел советует благотворительный сбор в пользу Иерусалимской Церкви приурочить к первому дню недели (воскресенью); такой порядок он уже установил в Галатийских Церквах. Книга Деяний святых апостолов свидетельствует, что воскресный день был особо выделен проведением богослужения. Когда апостол Павел возвращался в Иерусалим из третьего миссионерского путешествия, он остановился в городе Троада и в первый день недели, когда верующие собрались для совершения Евхаристии, беседовал с ними до полуночи. В Апокалипсисе воскресенье, которое Евангелия называют ещё «единою от суббот » (Мф. 28:1), получает особое имя «дня Господня» (Откр. 1:10).