Седмица 28-я по Пятидесятнице

Отозвав же двенадцать учеников Своих, сказал им: вот, мы восходим в Иерусалим, и совершится все, написанное через пророков о Сыне Человеческом, ибо предадут Его язычникам, и поругаются над Ним, и оскорбят Его, и оплюют Его, и будут бить, и убьют Его: и в третий день воскреснет. Но они ничего из этого не поняли; слова сии были для них сокровенны, и они не разумели сказанного.

Лк. 18: 31-34

Комментарий митрополита Илариона:

Как видно из сегодняшнего Евангелия, Иисус еще на пути в Иерусалим предсказывает, что Сына Человеческого «предадут язычникам», «и поругаются над Ним, и оскорбят Его, и оплюют Его, и будут бить, и убьют Его: и в третий день воскреснет» (Лк. 18:32–33).

Перед нами картина все возрастающего одиночества Иисуса по мере того, как Он приближается к Иерусалиму. До этого времени Он почти всегда был окружен учениками и толпой народа. Ученики охотно следовали за Ним, а толпа находила Его даже там, где Он не хотел. Теперь дело обстоит иным образом: Он неумолимо движется к собственной смерти, и в этом движении Он одинок; группы учеников, в том числе двенадцать, пытавшиеся остановить Его и не преуспевшие в этом, идут за Ним на расстоянии, в страхе и ужасе от предстоящих событий. Вместо того чтобы ободрить или утешить их, Он подзывает их, чтобы сказать то, что уже неоднократно говорил, но к чему они остались глухи.

Выражение «и будут бить, и убьют Его» в буквальном переводе звучит так: «и, подвергнув бичеванию, убьют Его». В Римской империи бичевание было наказанием для плебеев. Осуществлялось оно с крайней жестокостью. Осужденного либо привязывали к столбу, либо клали на землю. Били по спине и другим частям тела. Для экзекуции использовали специальные бичи: их изготавливали из воловьих жил, которые крепились к ручке; на жилы могли быть нанизаны обломки костей животных или мелкие острые металлические предметы. Били не просто до крови: с силой нанося удары такими бичами, можно было содрать с человека кожу до костей. Нередко бичевание заканчивалось смертью осужденного. Закон Моисеев не позволял наносить осужденному более сорока ударов плетью (Втор. 25:3). На практике, чтобы не ошибиться, ограничивались тридцатью девятью ударами. Апостол Павел свидетельствует о том, что иудеи пять раз подвергли его такой экзекуции (2 Кор. 11:24). Однако из того, что он остался жив, явствует, что наказание это было не смертельным и носило скорее педагогический характер. Такой же характер, очевидно, носило избиение Павла и Силы, которым римские воеводы нанесли «много ударов» палками (Деян. 16:23).

К Иисусу было применено несравненно более суровое наказание, чем то, которому иудеи и римляне подвергали в педагогических целях. Здесь избиение бичами было частью смертной казни, а потому осуществлялась с особой жестокостью и беспощадностью.

Бичевание Христа — один из распространенных сюжетов в христианской иконографии. Как правило, Христа изображают стоящим и привязанным руками к столбу; воины бьют Его плетьми или розгами спереди и сзади; на Его обнаженном теле — многочисленные кровавые раны от ударов. Этот иконографический образ соответствует тому, что известно о практике бичевания в римской империи.

Святитель Амфилохий Иконийский (около 340/345 – после 394) – один из великих каппадокийских отцов Церкви. Он приходился двоюродным братом святителю Григорию Богослову. В юности будущий святитель получил хорошее образование и шесть лет работал адвокатом в Константинополе. В начале 370-х годов он оставил службу, но необходимость заботиться о престарелом отце не позволила ему избрать отшельническую жизнь. В 374 году по рекомендации святителя Василия Великого Амфилохий был избран епископом города Икония (провинция Ликаония в Малой Азии). Святитель Амфилохий принял активное участие в борьбе против арианства и был среди отцов II Вселенского Собора (381). Именно он настоял на том, чтобы император Феодосий I Великий издал эдикт 383 года, запрещающий еретикам устраивать церковные собрания внутри города.

Святитель Григорий Двоеслов (VI век) в «Беседах на Евангелие» рассказывает о своей тётке, праведной Тарсилле. Она отличалась постоянной молитвой и воздержанием и этими добродетелями достигла святости. Она была извещена о скорой кончине своим прадедом Феликсом, который некогда был Римским епископом. Святитель Феликс, явившись и показав ей сияние Царства Божия, позвал её к себе. Сразу после видения Тарсилла заболела лихорадкой. У смертного одра её было много людей; по обычаю они пришли, чтобы утешить родственников. Окружённая людьми, Тарсилла вдруг взглянула вверх и увидела идущего Спасителя, отчего стала кричать окружающим: «Отойдите! Иисус идёт!» Когда она устремила взгляд на явившегося ей Христа, она скончалась. Момент исхода души из тела сопровождался удивительным благоуханием. При омовении тела на коленях и локтях праведницы обнаружили грубые наросты, образовавшиеся от долгих коленопреклонённых молитв, так что мёртвое тело её засвидетельствовало то, что делала душа при жизни.