Седмица 24-я по Пятидесятнице

Случилось, что когда Он в одном месте молился, и перестал, один из учеников Его сказал Ему: Господи! научи нас молиться, как и Иоанн научил учеников своих. Он сказал им: когда мо́литесь, говорите: Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный подавай нам на каждый день; и прости нам грехи наши, ибо и мы прощаем всякому должнику нашему; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. И сказал им: положим, что кто-нибудь из вас, имея друга, придёт к нему в полночь и скажет ему: друг! дай мне взаймы три хлеба, ибо друг мой с дороги зашел ко мне, и мне нечего предложить ему; а тот изнутри скажет ему в ответ: не беспокой меня, двери уже заперты, и дети мои со мною на постели; не могу встать и дать тебе. Если, говорю вам, он не встанет и не даст ему по дружбе с ним, то по неотступности его, встав, даст ему, сколько просит. И Я скажу вам: проси́те, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам, ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят.

Лк. 11: 1-10

Комментарий митрополита Илариона:

Молитва «Отче наш», о которой мы читаем в сегодняшнем Евангелии, у Луки изначально была короче. В течение веков, в результате корректировки текста в рукописях эта молитва у Луки приобрела почти тот же вид, что она имеет у Матфея, то есть те фразы, которых там недоставало, были постепенно дополнены по Евангелию от Матфея.

Особое значение этой молитве придает обращение к Богу как к Отцу. Иисус называл Бога Своим Отцом: выражение «Отец Мой» часто встречается в Его речи. Это словоупотребление шокировало Его слушателей из фарисейской среды: они хотели убить Его за то, что Он «не только нарушал субботу, но и Отцем Своим называл Бога, делая Себя равным Богу» (Ин. 5:18). Между тем, Иисус не ограничивался употреблением этого выражения, когда говорил о Своих отношениях с Богом: Он считал, что и Его слушатели могут называть Бога своим Отцом. В одной только Нагорной проповеди выражение «Отец ваш» встречается девять раз (Мф. 5:16, 45, 48; 6:1, 8, 14, 15, 32; 7:11) и еще три раза «Отец твой» (Мф. 6:4, 6).

Здесь уместно напомнить о том, что, по мысли апостола Павла, когда люди молятся Богу как Авве-Отцу, в них молится Святой Дух: «Ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии. Потому что вы не приняли духа рабства, чтобы опять жить в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: „Авва, Отче!“ Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божии. А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться (Рим. 8:14–17)».

Отцовство Бога по отношению к людям имеет уникальный характер. Подчеркивая это, Иисус говорил: «...отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах» (Мф. 23:9). Именно в такой перспективе надо понимать начальные слова молитвы «Отче наш». Никто на земле, ни один земной отец не может осуществлять отцовство таким образом и в той мере, в какой Бог осуществляет его по отношению ко всему человеческому роду и к каждому человеку. Отцовство Бога не имеет аналогов на человеческом уровне.

Обращение к Богу как к Отцу, по мнению свт. Иоанна Златоуста, уничтожает представление о социальном неравенстве и научает любить всех ближних, вне зависимости от их статуса, положения, места в обществе: «Этими словами Он научает нас молиться и за всех братьев. Он не говорит: „Отче мой, сущий на небесах“, но „Отче наш“, и тем самым повелевает возносить молитвы за весь род человеческий, и никогда не иметь ввиду собственных выгод, но всегда заботиться о выгодах ближнего. А таким образом и вражду уничтожает, и гордость низлагает, и зависть истребляет, и вводит любовь — мать всего доброго; уничтожает неравенство дел человеческих и показывает полное равночестие между царем и бедным, так как в делах высочайших и необходимейших мы все имеем равное участие».

Преподобный Арефа Печерский, уроженец города Полоцка, был монахом Киево-Печерского монастыря. Он тайно хранил в своей келлии большое богатство и никогда не помогал бедным и настолько был одержим страстью сребролюбия, что и сам почти умирал от голода. Господь, желая привести его к покаянию, попустил ворам украсть всё его имущество. Тогда Арефа страшно ожесточился, стал обвинять в воровстве ни в чём не повинных людей и от горя даже хотел лишить себя жизни. Через несколько дней он тяжело заболел, но не прекратил свой ропот на Бога, несмотря на то что старцы убеждали его покаяться. Вдруг, находясь уже при смерти, неожиданно для всей братии Арефа после нескольких дней молчания начал громко взывать: «Господи, я согрешил, сжалься надо мной. Деньги эти были Твои, мне не жаль, что их у меня украли!»

Избавившись от болезни, преподобный Арефа рассказал братии монастыря, что с ним произошло. «Пришли ко мне Ангелы, пришёл и полк бесовский, – поведал он, – и начали они рассуждать об украденном у меня богатстве. Наш он, говорили бесы, потому что он хулил и роптал, вместо того чтобы благодарить Бога. Ангелы же сказали мне: «О, окаянный человек! Если бы ты благодарил Бога о своей потере, то вменилось бы тебе это, как Иову. Если кто милостыню творит – великое это дело пред Богом, но творят по своей воле; если же кто за взятое насилием благодарит Бога, то это больше милостыни: диавол, делая это, хочет довести до хулы человека, а он всё с благодарением предаёт Господу, – так вот это более милостыни». Услышав это, я взмолился ко Господу Богу о прощении моих согрешений теми словами, которые вы слышали. Бесы исчезли, а Ангелы возрадовались, вменили мне потерянное серебро в милостыню и удалились». С тех пор Арефа совершенно изменился, вёл подвижническую жизнь и всегда хвалил и благодарил Бога.