Седмица 35-я по Пятидесятнице

Пришел в Капернаум; и когда был в доме, спросил их: о чем дорогою вы рассуждали между собою? Они молчали; потому что дорогою рассуждали между собою, кто больше. И, сев, призвал двенадцать и сказал им: кто хочет быть первым, будь из всех последним и всем слугою. И, взяв дитя, поставил его посреди них и, обняв его, сказал им: кто примет одно из таких детей во имя Мое, тот принимает Меня; а кто Меня примет, тот не Меня принимает, но Пославшего Меня. При сем Иоанн сказал: Учитель! мы видели человека, который именем Твоим изгоняет бесов, а не ходит за нами; и запретили ему, потому что не ходит за нами. Иисус сказал: не запрещайте ему, ибо никто, сотворивший чудо именем Моим, не может вскоре злословить Меня. Ибо кто не против вас, тот за вас. И кто напоит вас чашею воды во имя Мое, потому что вы Христовы, истинно говорю вам, не потеряет награды своей.

Мк. 9: 33-41

Комментарий митрополита Илариона:

Евангелист Марк в сегодняшнем Евангелии живо описывает реакцию учеников на вопрос Иисуса: им стыдно за то, что они пытались выяснить, кто из них старший, и они молчат.

Споры о первенстве неоднократно возникали в общине учеников Спасителя. Подобного рода споры характерны для любой группы лиц, собравшихся вокруг одного учителя и поставленных в равное положение. В такой группе, как правило, естественным образом возникает лидерство одного или нескольких лиц, обусловленное либо их способностями, чертами характера, целеустремленностью, либо тем, что учитель тем или иным образом выделяет их из общей группы. Среди двенадцати безусловным лидером был Петр; особым образом была выделена также группа из троих учеников, включавшая, помимо Петра, двух братьев — Иакова и Иоанна Зеведеевых.

В сегодняшнем Евангелии мы читаем и о том, как Иоанн сказал: «Учитель! мы видели человека, который именем Твоим изгоняет бесов, а не ходит за нами; и запретили ему, потому что не ходит за нами». Иисус отвечает: «Не запрещайте ему, ибо никто, сотворивший чудо именем Моим, не может вскоре злословить Меня. Ибо кто не против вас, тот за вас» (Мк. 9:38–40). На первый взгляд, этот эпизод противоречит словам Иисуса в Нагорной проповеди о «лжепророках», «многих» изгоняющих бесов и творящих чудеса Его именем (Мф. 7:15–23), от которых Он категорически отмежевывается как от «делателей беззакония». Как примирить два кажущихся взаимоисключающими высказывания?

Думается, ключ к разгадке содержится в значении терминов «лжепророки» и «многие», как они употреблены в Нагорной проповеди, а также в общем контексте обоих высказываний. В рассказе из Евангелия от Марка речь идет о единичном случае, из которого делается общий вывод: некто не является членом общины учеников Иисуса и тем не менее творит чудеса Его именем. В Нагорной проповеди говорится о «многих», которые «в тот день», то есть на Страшном суде, будут ссылаться на совершённые Его именем чудеса. О посмертной участи чудотворца из Евангелия от Марка мы ничего не знаем. Иисус лишь говорит ученикам, чтобы они не запрещали ему, но конечный результат деятельности этого чудотворца нам неизвестен: примкнет ли он к общине учеников Иисуса или останется вне ее, опознает ли его Иисус как Своего ученика на Страшном суде или отвергнет как лжепророка?

Только в эсхатологической перспективе, на Страшном суде, произойдет окончательное разделение на овец и козлов (Мф. 25:32–33) и откроется, кто был пророком, а кто лжепророком.

Святая Татиана родилась в знатной римской семье; её отец – тайный христианин – воспитал дочь в истинной вере и благочестии. Когда началось гонение, её стали принуждать к поклонению идолам различными пытками: мученицу избивали, строгали её тело, выкололи глаза, отдавали на съедение зверям, ввергали в огонь. Но всякий раз святая Татьяна оказывалась невредимой, а её мучители сокрушались невидимыми Ангелами. Безумные нечестивцы все дивные знамения приписывали не силе Христовой, а волхвованию. Они остригли мученице волосы и заключили её в храм Зевса. Но, отворив капище через три дня, мучители обнаружили, что идол повержен в прах, а святая Татиана радостно призывает Имя Господа Иисуса Христа. Правитель, не зная, что ещё сделать с мученицей, изрёк ей смертный приговор, и святая была усечена мечом.

Священномученику Серафиму (Чичагову) в связи с написанием Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря было видение, о котором он рассказал своему духовному сыну: «По окончании летописи я сидел в своей комнатке в одном из дивеевских корпусов и радовался, что закончил наконец труднейший период собирания материала о преподобном Серафиме. В этот момент в келлию вошёл преподобный Серафим, и я увидел его как живого. У меня ни на минуту не мелькнуло мысли, что это видение, – так всё было просто и реально. Но каково же было моё удивление, когда батюшка Серафим поклонился мне в пояс и сказал: «Спасибо тебе за летопись. Проси у меня всё, что хочешь за неё». С этими словами он подошёл ко мне вплотную и положил свою руку мне на плечо. Я прижался к нему и говорю: «Батюшка, дорогой, мне так радостно сейчас, что я ничего другого не хочу, как только всегда быть около вас». Батюшка Серафим улыбнулся в знак согласия и стал невидим. Только тогда я сообразил, что это было видение. Радости моей не было конца».