Неделя 25-я по Пятидесятнице

И вот, пришел человек, именем Иаир, который был начальником синагоги; и, пав к ногам Иисуса, просил Его войти к нему в дом, потому что у него была одна дочь, лет двенадцати, и та была при смерти. Когда же Он шел, народ теснил Его. И женщина, страдавшая кровотечением двенадцать лет, которая, издержав на врачей всё имение, ни одним не могла быть вылечена, подойдя сзади, коснулась края одежды Его; и тотчас течение крови у ней остановилось. И сказал Иисус: кто прикоснулся ко Мне? Когда же все отрицались, Петр сказал и бывшие с Ним: Наставник! народ окружает Тебя и теснит,- и Ты говоришь: кто прикоснулся ко Мне? Но Иисус сказал: прикоснулся ко Мне некто, ибо Я чувствовал силу, исшедшую из Меня. Женщина, видя, что она не утаилась, с трепетом подошла и, пав пред Ним, объявила Ему перед всем народом, по какой причине прикоснулась к Нему и как тотчас исцелилась. Он сказал ей: дерзай, дщерь! вера твоя спасла тебя; иди с миром.Когда Он еще говорил это, приходит некто из дома начальника синагоги и говорит ему: дочь твоя умерла; не утруждай Учителя. Но Иисус, услышав это, сказал ему: не бойся, только веруй, и спасена будет. Придя же в дом, не позволил войти никому, кроме Петра, Иоанна и Иакова, и отца девицы, и матери. Все плакали и рыдали о ней. Но Он сказал: не плачьте; она не умерла, но спит. И смеялись над Ним, зная, что она умерла. Он же, выслав всех вон и взяв ее за руку, возгласил: девица! встань. И возвратился дух ее; она тотчас встала, и Он велел дать ей есть. И удивились родители ее. Он же повелел им не сказывать никому о происшедшем.

Лк. 8: 41-56

Комментарий митрополита Илариона:

В сегодняшнем евангельском чтении содержится описание двух чудес: воскрешения дочери Иаира и исцеления кровоточивой женщины. История исцеления женщины, страдавшей кровотечением, вставлена в историю воскрешения дочери Иаира. Рассказ начинается с того, что к Иисусу подходит один из начальников синагоги и говорит о том, что его дочь находится при смерти. Иисус с учениками отправляется вместе с ним; за Иисусом идет толпа, которая теснит Его.

В этой обстановке и происходит чудо исцеления кровоточивой женщины. Несмотря на упоминание о многочисленных врачах, на которых женщина издержала все свое состояние, мы ничего не знаем о причинах ее болезни. Некоторые древние толкователи намекали на то, что причиной болезни могли быть какие-то грехи. Некоторые современные комментаторы уточняют, что оно могло быть следствием сделанного когда-то аборта. Хотя аборт не упоминается в законе Моисеевом, в отличие от греческой литературы, из этого нельзя делать вывод о том, что древний Израиль не знал такого явления: раввинистическая литература более позднего периода о нем упоминает. В то же время, ни в одном из Евангелий нет никакого намека на виновность женщины в болезни, от которой она страдала.

Как и в других случаях, Бог действует совместно с человеком: синергия двух сил — исцеляющей силы Божией и силы твердой веры человека — совершают чудо. Говоря об этой синергии, прп. Ефрем Сирин использует такую поэтическую метафору: «Женщина дала взаймы Христу веру, а Христос в уплату займа возвратил ей здоровье».

Рассказ о воскрешении дочери Иаира в версии Луки (Лк. 8:41–42, 49–56) содержит уточнение: у Иаира «была одна дочь». Другие Евангелисты не упоминают о том, что речь идет о единственной дочери. Между тем, для эпохи, когда большинство семей были многодетными, такие детали немаловажны: единственный сын или единственная дочь — предмет особой заботы родителей. Иаир — один из немногих персонажей евангельской истории, который у двух Евангелистов (Марка и Луки) назван по имени. Вряд ли имеет смысл искать причину этого в предполагаемом значении его еврейского имени. Скорее, он мог быть назван по имени потому, что был известен раннехристианской общине: возможно, после воскрешения дочери он примкнул к ученикам Иисуса.

Слова Иисуса передаются каждым из Евангелистов с незначительными различиями, но смысл у всех одинаков: девочка не умерла, но спит. Картина, нарисованная Евангелистами, призвана подчеркнуть, что речь идет не о сне или коме, а именно о смерти.

Лука описывает чудо воскрешения девочки в следующих выражениях: «И возвратился дух ее; она тотчас встала, и Он велел дать ей есть. И удивились родители ее. Он же повелел им не сказывать никому о происшедшем» (Лк. 8:55–56). Выражение «и возвратился дух ее», отсутствующее у других Евангелистов, может указывать на то, что девочка начала, и свидетельствует о желании Луки с максимальной медицинской точностью передать процесс возвращения умершей к жизни. В то же время, более вероятно, что под возвращением духа в тело Евангелист понимал возвращение умершей к жизни.

По каноническому порядку требуется согласие и разрешение Кириархальной Церкви на автокефалию другой Поместной Церкви, которая подчинялась прежде её юрисдикции. Об этом издаётся особое соборное определение. Только Собор Кириархальной Церкви может даровать независимость той или иной Поместной Церкви, без Собора же Кириархальной Церкви всякие акты провозглашения церковной независимости признаются недействительными и не имеющими канонической силы. В этом состоит коренное требование церковно-канонического порядка и традиции Вселенской Православной Церкви. Если это требование не соблюдается, Церкви угрожает схизма. Церковная автокефалия не может быть приобретена ни в силу соборного определения только той Церкви, которая ищет автокефалии, ни в силу постановления гражданской власти.

В 1990 году, накануне избрания Патриарха Алексия II, отец Иоанн (Крестьянкин) рассказал архиепископу Рязанскому и Касимовскому Павлу о видении: «Я отслужил литургию. Пришёл в келлию. И, не снимая мантии, сел на диван отдохнуть. Вдруг, как в каком-то лёгком сне, вижу, что на месте кровати стоит Патриарх Тихон, а рядом с ним – митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий. Патриарх, у которого большой тяжёлый жезл от пола и до потолка, говорит: «Вот видишь, какой тяжёлый патриарший жезл. Никто из архиереев не сможет поднять его, кроме митрополита Алексия» – и передаёт ему жезл. Как только митрополит взял жезл, он у него сразу же стал раскручиваться, раскручиваться. От него начали отвинчиваться какие-то мелкие детали, и он становился всё меньше и меньше. На этом видение прошло». Через два года, исходя из положения в Церкви, отец Иоанн добавил: «Маленькие детали, которые откручивались от посоха, вероятно, автономные Церкви, которые при Патриархе Алексии II получили статус самостоятельности».