Неделя 30-я по Пятидесятнице

Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия, как написано у пророков: вот, Я посылаю Ангела Моего пред лицем Твоим, который приготовит путь Твой пред Тобою. Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему. Явился Иоанн, крестя в пустыне и проповедуя крещение покаяния для прощения грехов. И выходили к нему вся страна Иудейская и Иерусалимляне, и крестились от него все в реке Иордане, исповедуя грехи свои. Иоанн же носил одежду из верблюжьего волоса и пояс кожаный на чреслах своих, и ел акриды и дикий мед. И проповедовал, говоря: идет за мною Сильнейший меня, у Которого я недостоин, наклонившись, развязать ремень обуви Его; я крестил вас водою, а Он будет крестить вас Духом Святым.

Мк. 1:1-8

Сегодня за богослужением читается начало Евангелия от Марка. В первом стихе этого фрагмента термин «Евангелие» употреблен по отношению не к конкретному литературному жанру, обозначающему повествование Евангелиста, а к самой Благой вести Иисуса Христа, Сына Божия. Здесь мы имеем дело с наиболее ранним и аутентичным использованием термина «Евангелие» в качестве указания на проповедь Иисуса, а в более широком смысле — на Его жизнь и учение.

Термин «Евангелие» встречается в Новом Завете многократно и является одним из ключевых для понимания того значения, которое ранняя Церковь придавала миссии и проповеди Иисуса. Прежде всего, термин «Евангелие» связан с учением Иисуса о Царстве Божием, почему у Евангелистов и употребляются выражения «Евангелие Царствия Божия» (Мк. 1:14). 

Вторая часть сегодняшнего евангельского чтения посвящена рассказу о проповеди Иоанна Крестителя. История Иоанна Крестителя достаточно подробно изложена в Евангелиях. Мы не можем обойти вниманием его проповедь, которая не только предшествовала началу проповеди Иисуса, но и, несомненно, оказала на нее определенное влияние. Это влияние видно хотя бы из того, что Иисус начал Свою проповедь теми же словами, которые были лейтмотивом проповеди Иоанна Крестителя, тем самым сознательно подчеркивая преемственность Своего учения от учения Предтечи.

Из сегодняшнего фрагмента мы узнаем, что Иоанн был аскетом, жил в пустыне, проповедовал народу и сопровождал свою проповедь особым ритуалом — омовением в водах Иордана. Его деятельность вызывала большой интерес среди иудеев, а его суровый аскетический облик привлекал к нему толпы народа. Проповедь Иоанна, насколько можно судить, носила прежде всего моралистический характер. Главную цель своей миссии он видел в том, чтобы приготовить путь Тому, Кто сильнее его и Кому он недостоин развязать ремень обуви. Кто этот человек, Иоанн не знал до тех пор, пока Он не появился на берегу Иордана (Ин. 1:21).

Узнать больше вы можете в книге митрополита Волоколамского Илариона «Иисус Христос. Жизнь и учение», размещенной в свободном доступе на нашем портале, а также в книгах серии «Читайте Евангелие».

Также Евангелие дня с митрополитом Иларионом доступно в специально созданном Телеграм-канале.

Что значит для нас одежда? Это и средство защиты от непогоды, и необходимость с нравственной точки зрения, и некое свидетельство об общественном положении нашем, да и о достатке. Но для того чтобы разобраться, что есть одежда по сути своей, посмотрим на её происхождение и первоначальное назначение, данное ей Творцом. С этого места мы увидим дальше, чем с точки зрения обыкновенной человеческой мудрости. Наши прародители Адам и Ева не ощущали того недостатка, который мы называем наготою, подобно тому как не знает, что такое голод, тот, кто принимает пищу и не видит в этом необходимости. Но прельщённые лукавым змием вкусили запретного плода и «узнали они, что наги» (Быт. 3:7). Вот начало наготы! «И сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания » (Быт. 3:7). Вот происхождение одежды!

Одежда наша – следствие беззакония, она есть обвязывание греховной раны. Она – всеобщий и постоянный траур по смерти первобытной непорочности. Она – символ победы над нами врага, овладевшего нашим внутренним миром. Правда, Бог некоторым образом освятил то, что есть в одежде простейшего и вместе с тем необходимого: «сделал Господь Бог Адаму и жене его одежды кожаные и одел их» (Быт. 3:21). Но через это опять осуждается безрассудная заботливость о разнообразии одежд. Никто не требует от нас облечься в рубища. «Об одежде что заботитесь?» Греховны только попечения об одежде излишние, пристрастные. Известно, что и Сам Спаситель носил драгоценный хитон, который пожалели разодрать те, кто делил у Креста Его одежду. Есть степень благолепия одежды, которую определяет не пристрастие, но благоприличие; не суетность, но долг и обязанность. Но попечения без конца и без меры безрассудны и бедственны. Лучше лишиться тысячи украшений тела, нежели представить Всевидцу малейшее пятно в душе и на совести.