Седмица 29-я по Пятидесятнице

Не бойся, малое стадо! ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство. Продавайте имения ваши и давайте милостыню. Приготовляйте себе влагалища не ветшающие, сокровище неоскудевающее на небесах, куда вор не приближается и где моль не съедает, ибо где сокровище ваше, там и сердце ваше будет. Да будут чресла ваши препоясаны и светильники горящи. И вы будьте подобны людям, ожидающим возвращения господина своего с брака, дабы, когда придёт и постучит, тотчас отворить ему. Блаженны рабы те, которых господин, придя, найдёт бодрствующими; истинно говорю вам, он препояшется и посадит их, и, подходя, станет служить им. И если придет во вторую стражу, и в третью стражу придет, и найдет их так, то блаженны рабы те. Вы знаете, что если бы ведал хозяин дома, в который час придет вор, то бодрствовал бы и не допустил бы подкопать дом свой. Будьте же и вы готовы, ибо, в который час не думаете, приидет Сын Человеческий.

Лк. 12: 32-40

Комментарий митрополита Илариона:

В сегодняшнем Евангелии звучит призыв приготовлять себе «сокровище неоскудевающее на небесах».

Что в данном случае понимается под сокровищами на небесах? Сокровище на небесах — не что иное, как Царство Небесное. Оно дороже всех земных богатств: «от радости о нем» можно отказаться от всего остального. Обладание же богатством может создать угрозу для жизни человека. Но еще бóльшую угрозу оно создает для вечной жизни, так как может стать причиной осуждения человека на Страшном суде.

Под собиранием сокровища для вечной жизни понимаются добрые дела. Именно в таком ракурсе тема богатства будет рассматриваться в дальнейшей экзегетической традиции. Призыв Иисуса к полному отказу от богатства будет модифицироваться в призыв к богатым делиться с бедными.

Во II веке Климент Римский увещевает христиан Коринфа: «Богатый подавай бедному, и бедный благодари Бога, что Он даровал ему, чрез кого может быть восполнена его скудость».

На рубеже II и III веков Климент Александрийский пишет целый трактат на тему «Кто из богатых спасется?»: его можно считать первой христианской апологией богатства. Он начинается с рассмотрения слов Иисуса: «Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царствие Божие» (Мф. 19:24). Вопреки кажущейся безапелляционности этих слов, Климент считает, что «наследие Небесного Царства для богатых не полностью отрезано, если они следуют заповедям». Более того, как человек может исполнять заповеди, касающиеся благотворительности, если у него нет на это средств? Как он может голодных питать, жаждущих поить, нагих одевать, бездомным давать кров, если сам ничего не имеет? Климент приводит примеры из Евангелия, свидетельствующие о том, что Иисус не от всех требовал полностью раздавать богатство. В частности, Закхей пообещал половину своего имения отдать нищим, и этого оказалось достаточно для спасения (Лк. 19:8–9).

Климент приходит к следующим выводам: «Итак, не следует разбрасывать богатства, которые и для ближних могут быть полезными. Потому что собственность есть то, что приобретается, а имуществом называется то, что полезно и создано Богом для пользы людей. Поистине богатства и собственность существуют и подчинены нам некоторым образом так же, как материал и орудия тому, кто знает, как правильно распорядиться ими. Если ты искусно пользуешься ими, из-под руки твоей выходят художественные вещи; если же умения ими пользоваться тебе недостает, то и вещи принимают неприглядный вид, хотя сами они и в этом не виновны. Точно таким же образом и богатство есть орудие. Ты можешь правильным образом им пользоваться — тогда оно служит к твоему оправданию; если же кто не умеет пользоваться им, как следует, тогда оно становится орудием неправедности. Назначение его служить, а не господствовать... Поэтому нужно не столько отрешаться от богатства, сколько душу от страстей освобождать: они затрудняют собой правильное пользование богатством. Кто добр и праведен, тот и богатство будет употреблять во благо. Следовательно, отречение ото всего, чем кто владеет и продажу всего своего имущества нужно так понимать, что сказано это по отношению к душевным страстям».

Перед нами пример толкования, в котором радикализм призыва Иисуса к отказу от богатства значительно смягчен и частично аллегоризирован. Автор трактата считает возможным понимать призыв к отказу от богатства метафорически — как призыв бороться со страстями. И доказывает, что богатство плохо не само по себе: оно становится опасным, когда человек порабощает себя ему. Напротив, если он употребляет его для милостыни и добрых дел, тогда богатство не только не приносит ему вреда, но наоборот, открывает ему путь к спасению.

Дальнейшая экзегетическая традиция двигается в том же русле.

Аввакум – восьмой из двенадцати малых пророков. О нём известно мало. Видимо, он пророчествовал до разрушения вавилонянами Иерусалима и Храма. Местом его проповеди, вероятно, была Иудея и, возможно, Иерусалим. Также, согласно Книге пророка Даниила (неканоническая 14 глава), Аввакум принёс обед Даниилу, сидящему во рву. Книгу пророка Аввакума несколько раз цитирует апостол Павел (например, Евр. 10:36), а именно приводя слова пророка: «Праведный верою жив будет» (Авв. 2:4), раскрывая учение об оправдании верой во Христа, а не исполнением закона Моисеева. 3 глава Книги пророка (песнь Аввакума) – одна из библейских песней, используемых в православном богослужении в каноне на утрене, в 4-й песни. В ней, согласно церковной традиции, Аввакум пророчествует о Рождестве, страдании и Воскресении Христа.

Житие грузинского святого преподобного Давида Гареджийского (VI век) даёт удивительный пример отношения к святыням и посещению святых мест. На склоне лет он совершил паломничество на Святую землю. Это был дальний и очень опасный путь. Но, достигнув пределов Иерусалима и посмотрев с горы на город, преподобный не вошёл в него, считая себя недостойным такой благодати. Святой попросил своих спутников помолиться о нём у Гроба Господня. На память о своём путешествии преподобный Давид взял с земли три камня. В ту же ночь Иерусалимскому Патриарху Илии II (494–516) было откровение от Ангела, что Давид уносит с собой всю благодать Иерусалима. Патриарх отправил гонцов вслед за святым, и они попросили у Давида вернуть два камня. Третий камень поныне известен в Грузии как «камень благодати». Житие преподобного Давида говорит: «Всеблагий Бог, видя такое смиренномудрие, благоволил явить людям его святость и веру. Когда преподобный вернулся в монастырь и положил там камень, от него стали являться чудеса».